|
победная песнь
по случаю эвакуации Бейрута
Вот-вот Проливы будут наши
И в греки не пройдет варяг
А мы им парусом помашем
И бросим в ноги якоря
Как ветр на собственные кру`ги
Как пес к извергнутой жратве
Кружат Истории досуги
Трепещет летопись в листве
Вернется Крым его татарам
Вернется турок в Туркестан
Вернется караим хазарам
В Сарае врать про Казахстан,
Афинянин - в Константинополь
И к Арарату - армянин
Как легкий пух цветочку в тополь
Потомком предку бабуин
И даже царь российский-русский
Еще перевернет вверх дном
Все, чем алел урок французский
На красноречии родном -
Тогда на белые крестины
Вернется нация рыдать,
Но палестинцам Палестины
Увы как прежде не видать
И не вернут их ни примеры
Когда земля их не берет
Ни в сталь залитые химеры
С чугунным хоботом вперед
Не их шутихам простоватым
Палить в наш призрак "где и чьи"
И ты, о Скиф, ряди с Сарматом
Славян на море и ручьи
Ура, зуавы, мы в Сидоне!
Пал Тир! Да здравствует Бейрут!
Мелькарт верхом на Посейдоне
В восторге скачут и ревут
И - буде, чем Проливы уже,
Тем суше пресные моря -
Се грек взирает с плоской суши
Где мелко плещется варяг
елене о лемурах
Елена, глупая мечта
Сестре тончайшего лемура
Свистеть под вечер: не чета
Эфир поветрию Амура
Вот нам бы с долгими пятами
На ветке дерева сидеть
И в ночь огромными горящими глазами
И круглыми глядеть, глядеть, глядеть...
Глядеть бы нам глядеть,
И падать и скакать
И вскакивать
И, завия хвост о вершину,
Листы творения о неге не листать
Не веря, в сущности, в их книгу и причину
Не в листьях, право, лесть
Укоры - не в корнях
Нам кружево не сплесть
Танцуя на орехах:
Лемур на мышке грезою о пнях
Не смеет звать звезду к созвездию в прорехах
Но так ли это?
Если созерцая
В зеленом небе тонкую фигурку
Зачем лемуру издали мерцая...
Елена, о... - и мысль уходит к турку...
Лемур-сестричка, милый долгопят,
Красавица, - хоть научи, Елена
Укоротить строку, когда трепещет вспять
В колоде пень, предчувствуя полено
А там - Арап, курчавый аль-хаттим,
Пускай вертится сколько захотим
*
Чем зреть в цвету давайте вспашем
Чтоб жизни опыт отозвался -
Мой Дон Жуан в донжоне вашем
Смотрите чтоб не разрыдался
стих про меч
Я, помню, вас молил о милостивом взгляде
Вы - меч сулили в дар мне с ножнами взамен,
И вот мой день прошел в дыму как на параде
Обманутых надежд из Книги Перемен.
Законы времени просты и непреложны,
Но все ж я вновь дерзну с мольбою предложить:
Бог с ним с мечом. Давайте ваши ножны,
А мы - Бог даст - найдем чего туда вложить
*
А как на горе Скопус
На самой вершине ее Кастратус
Евнухос, Евнухос приплясывали
рондо
Ларисе
Не быть мне братом деве-кардиналу
Судить кого - попробуй - виноват
Винить не деву - кардинала брат
Быть рад не брат, а дева - кардиналу.
Брат деве кардиналом быть не мне:
Ретортою незримой ртуть иллюзий
Лить зеркала в попону Андалузий
Мне кардинал брат-девой будет не.
Мне братом кардинал не будет дева,
Кого кадил, кадил паникадил
Паникадил, кадил и угодил
Брат-кардинал не быть кого мне дева
Чтоб грезой грозовою за амвон
Небытия - вот летит он вон,
Еще стеная. Колокольный звон
Стоит дождем на зависть минералу:
Не быть мне братом деве-кардиналу.
о, нет
Майе
Раз нет на тысячу раз нет
Да не одним бы да
На десять тысяч раз когда
Раз нет ни да ни нет
Тогда на тысячу ночей
В Шираз Шехерезад
В язидов сад за ад да-да
За тысячей свечей
Одну свечу на тысячу
Раз нет как нет не раз
За ад под поездом в Шираз
Шехерезад свечу
*
Одета в утреннюю мглу
Ушла Венера, а в углу
Стояла оттоманка
Пришла эротоманка
Кто клеил пух на плешь кудрей
С зарей, был вечером мудрей:
Терпи, эротоманка -
Скрипела оттоманка
Но чуть лишь полдень заблистал
Настала ночь и кончен бал:
Вставай, эротоманка! -
Сказала оттоманка
из архилоха
Глухих мурен немало и т. д.
Породу не умея
Доить немых миног
Лепить слепого змея
Учил нас Архилох
Очковую виперу
С медяницей в очах
Под собственную меру
Сквозь шкуру волоча
Но в голую натуру
Нам рыбу не влупить:
Пойдешь чесать скульптуру -
Чешуй не отлепить
Нейдет унылый Кафка
Под юбку-колыхань,
Минетчица-пиявка! -
Лохматая лохань.
железная всегда
Плывет по небу тучка
Падает звезда
Серебряная штучка
Железная слюда
На проволоке дверца
На волю из гнезда
Каменное сердце
Железная узда
Все бы ножкой, ножкой
Да в тесные места:
С глиняною ложкой
Железная в устах
А мне словарь познанья
Сладостно листать
Стати воздаянья
Железная подстать
Каменная глиняная
Магнитная руда
Могила деревянная
Железная да-да
стихи на зеркалах
Серые синие зеленые и бирюзовые тупые
С опасною подчас голубизной
Простые, но повернутые внутрь и проще - влево
Извне и вправо мутные прозрачные все мимо,
Вполоборота, в лед каменьям в глубину,
Из-подо льда с невероятной грустью
Где мнимое их средоточие сияет словно смерть в детстве.
А в сером отрочестве я и не узнал
Все в простоте на голубую малость
Но верил, а вернее догадался,
Что там слепая та и вера и уверенность потом
Вдруг станет - смутная - пронзительной догадкой
Да и тростник -
Тростник мой пел от первого тупого дуновенья
Но я вникать не стал, по-юношески глух
Да так и не успел - от ветхости незрячий
Но мнимо все плясал и действовал и созерцал
И дул и пел вершил и руки простирал,
А мимо вечно шествовали серые простые
За ними следом, говорят, зеленые бесцветные тупые
А далее совсем уж бирюзовые и мутные немые
И синие с простейшею голубизной -
Так лебеди под сталью ледяные
Всплывают голубея вновь в снегов стеклянный зной
И завершенье их над ними пристально сияет
|